"Хороший вкус к жизни", - говорил он.
Он никогда не принимал таблетки - лечился народными средствами. Или не лечился никак.
"Дрянь в организм не приму ни за что!" - заявлял он.
Позже стало ясно, что это был не просто принцип, выдвинутый разумом и им же пестуемый. Давал себя знать животный страх, внезапно проявившаяся фобия перед царством объектов, способных якобы для его же блага совершить в нем неестественные неконтролируемые изменения.
Где-то за полгода до смерти он отказался от всех продуктов, прошедших какую-либо обработку. Мысль о том, что какие-то далекие незнакомые люди способны бесстрастно поместить под обертку любую подозрительную, даже зловещую массу, превращало в его глазах колбасы, паштеты и сыры в сущий яд.
Когда он перестал вообще что-либо принимать вовнутрь, от него, конечно, ждали объяснений новой странности, но, вопреки обычному, их не последовало…

Было сыро и светло. Он вышел из дома - бледный, слабый, окинул двор невидящим взглядом - и отправился в путь.
Он умер один, в роще, опоясывавшей с севера соседний поселок.
Многие называют его местным Буддой.

24 мая 2004 г.